КОДОВОЕ СЛОВО?
Как приобщиться к цифровому искусству
Все подробности про совместный NFT-проект Эрмитажа, Атомайз и Интерроса
КОДОВОЕ СЛОВО?
Вложения в искусство всегда помогали людям прикоснуться к прекрасному, насладиться обладанием уникальным произведением, почувствовать свою причастность к созданию или реставрации прекрасных вещей и побыть меценатом. И разумеется, заработать при продаже своих арт-активов. Художники, скульпторы и музыканты благодаря деньгам меценатов создают новые работы, а музеи и выставки делают их доступными для большой аудитории.
Деликатный баланс денег и искусства серьёзно изменился с появлением цифровых технологий. Произведения искусства, особенно современного цифрового, теперь так легко тиражировать, что понятия «обладание» и «уникальность» надо изобретать заново.
Именно поэтому возник большой интерес к технологии невзаимозаменяемых токенов (NFT). Для любого уникального объекта, будь то изображение, звукозапись, ограниченный тираж скульптур или нечто подобное, можно сохранить информацию об этом конкретном объекте в блокчейне, зафиксировав таким образом его происхождение и владельца. Разумеется, с картинки можно сделать копию, но информация об оригинале и её владельце будет неизменна. В дальнейшем владелец может передавать или продавать свой токен с помощью новых записей в блокчейне. У NFT есть целый ряд перспективных применений в корпоративном мире, но мы сегодня сосредоточимся именно на использовании в мире искусства.
Возможность сделать цифровой объект уникальным интересна и инвесторам с меценатами, и музеям с людьми искусства. Первые могут значительно проще и быстрее выбирать, покупать, получать и продавать произведения искусства. Вторые не только получают средства на создание или демонстрацию новых работ, но и могут привлекать к искусству новую аудиторию, пробовать новые форматы.
Респектабельных экспериментов с NFT уже достаточно много. Например, Британский музей успешно реализовал проект с платформой LaCollection и оцифровал в NFT около 200 работ Хокусая, а ведущее новостное агентство Agence France-Presse создало NFT из культовых фотоснимков за сотню своей работы.
Благодаря подобным проектам, музеи находят деньги на реставрацию хранящихся в них шедевров, а также открывают новые способы доступа к ним. Например, Амстердамский Фонд наследия Рембрандта потратил часть выручки своего NFT-проекта на создание виртуального музея MetaRembrandt.
К сожалению, скучающие мартышки и крипто-спекулянты быстро надули в сфере NFT пузырь, поэтому многие испытывают к этому инструменту недоверие. Основная причина сложившейся ситуации — отсутствие внятного регулирования в большинстве юрисдикций. Из-за этого права в отношении передаваемых объектов искусства часто оказываются декларативными. Приобретая NFT в произвольном блокчейне, покупатель рискует.
NFT сами по себе не дают своему владельцу авторских или сопутствующих прав. Конкретные обязательства автора или правообладателя должны быть зафиксированы в сопутствующих договорах.
В России законодательство является единственным в мире, которое определяет правовой статус токена, выпущенного с использованием технологии распределенных реестров и предоставляющего его владельцу права в отношении объектов интеллектуальной собственности. Так, NFT могут быть выпущены в виде утилитарных цифровых прав (УЦП) или гибридных цифровых прав (ГЦП). Последние, в частности, обращаются на блокчейн-платформе лицензированного Банком России оператора информационной системы и решают основные проблемы, для которых создавались NFT:
● надёжно закрепить обязательства лица, выпускающего ГЦП, перед их обладателем;
● зафиксировать уникальные характеристики конкретного объекта искусства;
● легально продавать и покупать цифровое искусство;
● автоматизировать выполнение определённых условий сделки благодаря смарт-контрактам.
Таким образом, чтобы получить должную защиту своих прав, покупателю нужно приобретать NFT на одной из платформ ОИС, внесённых в реестр Банка России, а также внимательно изучить решение о выпуске.
Опробовать арт-токены на практике и внести свой вклад в сохранение мирового культурного наследия можно с сегодняшнего дня, благодаря совместному проекту Государственного Эрмитажа, платформы Атомайз и Интерроса.
Вот его самые интересные особенности:
Вопрос о том, что такое искусство — сложнейший, о нём столетиями спорят философы, художники и просто думающие люди. Но для первых проектов в цифровой сфере желательно выбирать произведения с широко признанной художественной и исторической ценностью. Именно поэтому выпущены токены, на которых запечатлен уникальный процесс реставрации трёх фресок школы Рафаэля. На одной из них, например, представлена сцена любви богини Венеры и земного юноши Адониса. Сложная реставрационная работа позволила открыть множество деталей, искаженных художниками позднее ради подновления живописи или вводя цензуру. Одной из таких деталей стал фрагмент композиции, в котором Адонис обнимает богиню, положив ей руку на обнаженную грудь.
Многие произведения искусства могут быть физически проданы, тогда NFT становится удобным и современным инструментом учёта прав на уникальное произведение.
Но часто бесценные произведения не подлежат продаже, являясь культурным достоянием человечества. В виде цифровых прав можно продавать связанный с ними эксклюзивный цифровой контент, право преимущественного доступа к физическому оригиналу или другие эксклюзивные привилегии. Издателем такого рода цифровых инструментов может быть либо сам музей, в котором хранится физическое произведение, либо иное лицо с согласия музея.
В проекте Эрмитажа, Атомайз и Интерроса покупатели ГЦП получат не цифровую копию фрески, а уникальное видео «из-за кулис» реставрации, наглядно демонстрирующее, почему восстановление произведений искусства стоит таких денег и таких усилий. При погашении ГЦП в конце срока обращения (5 лет) их владелец получает право требования передачи всех исключительных прав на аудиовизуальное произведение.
В перспективе покупатели подобных ГЦП смогут воспользоваться и другими возможностями: получить доход от перепродажи на вторичном рынке при росте стоимости токена, создать персональную коллекцию искусства в современной цифровой форме, стать членами закрытого клуба цифровых меценатов Эрмитажа, имеющих уникальные привилегии.
Сейчас преждевременно говорить о прогнозах роста стоимости цифрового искусства, но понятно, что именно эксклюзивность может быть его драйвером. Мы не будем глубоко погружаться в сложный и полный нюансов мир вложений в художественные произведения, отметим только, что индекс ArtPrice100, отражающий динамику цен на произведения 100 самых востребованных художников, вырос с 2000 года в 7 раз, значительно опережая S&P 500 и другие фондовые индексы.
Примечательно, что индекс ArtPrice учитывает в своих расчётах продажи NFT, хотя их доля пока невелика.
На начальном этапе эта особенность проекта, пожалуй, самая важная. Выпускаемые токены удостоверяют вклад обладателя ГЦП в поддержание объектов культурного наследия и дают чувство причастности к великому музею. Полученные в рамках проекта денежные средства будут направлены на реставрацию картины Кранаха «Венера и Амур» из собрания Государственного Эрмитажа.
Подобный инструмент может широко использоваться для финансирования других музеев и некоммерческих организаций на цели реставрации предметов искусства.
В мировой практике такое целевое инвестирование не редкость — например, Бостонский музей изящных искусств создал NFT на цифровые версии пастелей известнейших художников, чтобы получить дополнительные средства для консервации картин Эдгара Дега «Эдмондо и Тереза Морбилли» и «Отец Дега слушает Лоренцо Пагана, играющего на гитаре».
Эксперты по реставрации отмечают, что основанные на блокчейне инструменты могут найти ещё одно интересное применение в сохранении культурного наследия. Блокчейн удобен для сохранения верифицированной цифровой копии произведения искусства, которая может помочь при проведении реставрационных работ.
